Вне игры

Петуния стала далеко не самой блестящей выпускницей своего курса, но получила приличные семь ЖАБА, а вместе с ними, о чём знали только Северус и жених, заодно маггловский аттестат. До свадьбы был ещё год, родители хоть и приняли благосклонно предложение семьи Фортескью, но всё же настояли на том, чтобы свадьба была после восемнадцати лет. Петунья тем более не спорила, накопленные за время учёбы деньги она планировала потратить на бухгалтерские курсы для индивидуальных предпринимателей, дабы иметь представление о том, как вести семейное дело. К тому же в магическом мире сейчас было очень неспокойно. 

Нет, конфликт интересов между маглорождёнными и чистокровными волшебниками был не нов, но прежде аристократы не опускались до откровенного террора, пусть в большей степени психологического. Доподлинно было известно о нескольких нападениях на дома полукровок и маглорожденных взрослых волшебников, была попытка погрома на Косой аллее, где работало немало маглорожденных. Владельцы пабов и кафе тогда отбились и через Пророк озвучили свой ультиматум: в случае ещё одной атаки они просто закроют свои торговые точки. Для магического мира угроза оказалась весомой, потеря любой лавки значительно снижала ассортимент доступных товаров. Петуния все же не торопилась переезжать к жениху, надеялась, что Министерство призовет Пожирателей к порядку.

Увы, летом семьдесят шестого прокатилась третья, самая серьёзная волна драконьей оспы, уничтожившая едва ли не всех Глав Родов. Многие Пожиратели потеряли отцов и матерей, это стало дополнительным поводом ненавидеть грязнокровок - ни маглорождённые волшебники, ни их потомки в первом-втором поколении чисто магическими заболеваниями никогда не болела. Лили, выслушавшая краткий отчёт Северуса об этих событиях, предположила, что фактор предрасположенности наследственный, а замкнутом обществе (волшебников было немногим более трёх тысяч человек) почти все дети рискуют получить его от родителей. 

В семьдесят шестом году Северус впервые заметил некоторые недочеты в собственной стратегии поведения - ехать в Хогвартс пришлось самому почти полдороги. Близких друзей у него так и не появилось, хватало компании Петунии, барсучьей взаимовыручки и писем Лили. Впрочем, Северус быстро нашел для себя плюсы в этой ситуации, уткнувшись в магловский научный журнал. Его он забрал у Лили, заинтересовавшись одной статьёй, весьма актуальной для магической мира. Там писали, что маглы почти научились проводить зачатие вне организма матери, в пробирке. Верилось с трудом, но Лили, тоже весьма заинтересованная в этом открытии, хоть и теоретически, подтверждала. А ведь многим чистокровным волшебницам приходилось годами идти к появлению наследников в семье.

Примерно на полпути дверь в купе тихонько открылась, туда проскользнула гриффиндорка Мери Браун, однокурсница Северуса и великая безответная любовь Джеймса Поттера. Судя по чуть затравленному взгляду девушки, Джеймс опять пытался проявить симпатию. Пятнадцатилетний оболтус из приличной семьи почему-то до сих пор действовал теми же методами, что и мальчишки в начальной школе нижнего Кроукворта.

 - Прости, ты Северус? Могу я здесь посидеть? А то в моём купе собралась не слишком приятная компания. 

С Гриффиндорцами барсуки пересекались редко, да и Мародёры затмевали всех прочих софакультетчиков, но в целом Мария Северусу была симпатична. Умница, умеющая слушать других и адаптироваться в новых условиях явно стоила большего, чем навязчивое преследование Поттера, видящего в ней только смазливое личико и зелёные глаза. Остальное, наверно, тоже было ничего, но под мантией не угадаешь.

 - Конечно. Хочешь я запечатаю купе?

 - Всё равно туда идти, мне просто отдохнуть немного, а то сорвусь. Вот не пойму никак! У Поттера же месяц назад родители умерли, я бы в себя ещё год приходила, а он шуточки шутит.

 - Может, - отложил журнал Северус, - ему так легче? Я не знаю, что бы было, потеряй я маму. К счастью, последние два года она даже на Косую аллею не выходила, тоже боялась драконьей оспы.

 - Драконья оспа... Северус, говорят, что ты хороший зельевар. Ты не хочешь быть колдомедиком?      

 - Нет. Я думал, даже сдал все СОВ, но потом посоветовался со Слизнортом.

 - Ты не входишь в его клуб.

 - Не хочу. Понимаешь, Браун, я же тоже почти маглорождённый. Мать почти лишилась сил, невеста вообще магла! Я их буду защищать, любой ценой, но ввязываться в эту непонятную войну совсем не хочу. А в клубе Слизней подбирает кадры и Волдеморт, и Дамблдор для своего Ордена Феникса. Не хочу попасть в эти жернова.

 - Понимаю. Рассуждаешь совсем не по-гриффиндорски, но я тебя понимаю. Знаешь, у нас все болтают про Орден Феникса, призывают бороться со злом, но ради чего? Откуда взялось это ужасное зло? Ведь на Гриффиндоре тоже много маглорождённых, а их не предупреждают о последствиях. На магловский дом не наложишь Фиделиус. Если я вступлю в бой, то что будет с моей мамой? И не только с ней, а ещё и с простыми людьми? Мама, кстати, - Мария указала рукой на отложенный журнал, лежащий статьёй вверх, - именно в этом репродуктивном центре и работает. Говорит, что через год-два они смогут провеси успешную подсадку эмбриона человеку. Здорово же?

 - Не знаю.

 - Ну да, технология неоднозначная и противников много, но так всегда бывает. А здесь... Я хотела стать именно колдомедиком, даже с Поттером стала общаться, ведь его мать была одним из лучших специалистов, но увы. Про прививки она меня даже не дослушала, это ведь маггловское изобретение, а значит - глупость! А ведь вирус драконьей оспы под микроскопом ничем не отличается от других. Ну, рецепторы другие, а так обычный поксивирус. Наверно маглорожденные не болеют именно потому, что привиты обычной вакциной.

 - Может быть.

Северус собирался сказать что-то ещё, но сегодня явно был не лучший день для двери купе, теперь её распахнул Джеймс Поттер, всюду искавший подругу. Судя по чуть подпорченной физиономии до этого гриффиндорец действовал крайне неудачно и пару раз попал совсем не туда. С другой стороны, есть запирающие чары.

До этого Северус ухитрился проучиться пять лет не ввязавшись ни в одну дуэль, так что теперь поражение стало для взбешенного Поттера неприятным сюрпризом, хотя по сути использовал Снейп только одну свою наработку - Левикорпус. Заклинание подвешивало оппонента вверх ногами, что было весьма неприятно для любого человека, а в среде волшебников ещё и конфузом. Всё же мантия падала вниз к голове, согласно закону всемирного тяготения, а некоторые чистокровные волшебники считали магловской глупостью даже нижнее бельё. Сейчас, впрочем, подобного не случилось, реакция у Поттера была хорошая, достойная ловца лучшей квиддичной команды Хогвартса и мантию он успел приклеить к ногам. На шум подоспели Блэк, Люпин и Петтигрю, спиной к спине с Северусом стала Мария, вполне могла начаться безобразная драка, но всё ещё висящий вниз головой Поттер внезапно расхохотался:

 - Ох и круто! Всё, народ, мир! Снейп, заклятию научишь?

 - Чтобы потом по всем коридорам слизеринцы вверх ногами висели? Парням-то ещё ладно, а девчонкам? Особенно чистокровным. После такого и повеситься можно. Не скажу. Ни тебе, ни кому-либо ещё. 

 - И что? Ты так всю жизнь собираешься? Ни нашим, ни вашим? Одно слово - барсук.

 - Поттер, когда наиграешься в непонятную войнушку - приходи, поговорим. А пока идти в свое купе, а то оленем станешь. А волки оленей не любят, особенно в полнолуние. 

Люпин приметно вздрогнул, потом ухватил Блэка за руку, вдвоём они утащили и Поттера, Петтигрю засеменил следом. Подзабытая Мария осталась, но теперь и она смотрела на Северуса с подозрением.

 - Как ты узнал?

 - В наших спальнях, как ни странно, тоже есть окна и некоторые выходят на ту сторону, где посадили Дракучую Иву. Занавесок нет, а мне не спится в полнолуние. Видел пару раз, как его ведет к Иве мадам Помфри в сопровождении директора. Дамблдор себе на уме, но не дурак, рисковать учениками не будет. 

 - Веришь директору?

 - Не так, как гриффиндорцы. Но в целом верю. Скоро подъедем, пора переодеться.

  - Да, спасибо за компанию. Северус, а ты мне парочку заклятий не покажешь? Так, для самообороны. 

 - Покажу. Взамен познакомишь мою Лили со своей матерью на каникулах. Она очень интересуется этими исследованиями.

 - Эй, ты говоришь как слизеринец!

 - Просто я переупрямил Шляпу. На Хаффлпафе была Петуния, мама которой печёт вкуснейшие пироги.

***

Шестой курс проходил вроде бы спокойно, но это вроде бы Снейп буквально ощущал кожей, стараясь держаться тише воды, ниже травы и особо не демонстрировать таланты. С последним было непросто, занятия по зельям и ЗОТИ теперь проходили не по факультетам, а совместными группами и вскоре все заметили уровень его навыков. Рядом все чаще оказывались то гриффиндорцы, перечисляющие ужасные нападения Пожирателей на невинных маглов, то слизеринцы, аппелирующие к маминой крови и предлагающие помощь в восстановлении прав на наследство Принцев. Увы, но Северуса не интересовало ни то, ни другое.

Первые статьи о нападениях Пожирателей на маглов появились ещё в семьдесят третьем году и тогда Северус и Петуния встревожились не на шутку, всё же самые близкие их люди обитали именно среди маглов, но умница Туни догадалась отправить газеты отцу, который тоже заботился о безопасности семьи и проверил всю информацию по своим каналам. Из четырёх описанных случаев три оказались выдуманными, маглы с упомянутыми фамилиями там никогда и не жили, ибо никто не живёт в мастерской по ремонту обуви, автомастерской и прачечной, особенно ночью. Ещё одна семья действительно существовала и даже подверглась в указанную дату весьма странному для предместий Лондона нападению волков, но глава семьи, имеющий охотничье ружье и лицензию, просто пристрелил взбесившихся животных, а потом уже вызвал полицию. Теперь в городке работали сыщики и санитарная служба, выясняя, что там делали звери и откуда в их крови неизвестный вирус, родственный бешенству. Всех домашних животных долго продержали в карантине, но зараженных не было.

С тех пор к сообщениям о нападениях Северус относился скептически, тем более, что сообщать о них прекратил даже Пророк, остались только сплетни, часто совсем нереалистичные. И в воплях о защите маглов слышались те же интонации, что и у многочисленных магловских "зелёных".

Мама же... Тобиас Снейп умер полтора года назад, в тюрьме и только после этого начало рассыпаться заклятие Империус, наложенной на мать, видимо, одной из подруг по факультету. Кто-то устранил возможную соперницу вынудив её выйти замуж за первого встречного магла, а родные даже не посчитали нужным встретиться, узнать причины такого решения. Так что от долга перед родом Принц Снейп считал себя свободным.

Свадьба Петунии состоялась летом семьдесят седьмого, в кафе Фортескью и, к счастью, прошла мирно, хотя за неделю до церемонии жених и невеста получили по несколько записок с угрозами и даже пару воппилеров. Некая эксцентричная, но малоизвестная чистокровная особа даже клялась больше не посещать заведение, но эти угрозы супругов Фортескью не смущали. Как ни крути, а их кафе было единственным на Косой Аллее, не считая Дырявого Котла. Но в Котле кухня была куда хуже, именно из кафе Фортескью доставляли готовые обеды в Аврорат и Министерство. Обычные посетители тоже знали об этом, но чаще заказывали мороженое. 

В ноябре Фортескью-старшего убили неизвестные во время выхода в Лютный переулок за некими экзотичными специями. Не склонный к предрассудком аврорат долго искал улики на Петунию, но подтвердить её виновность так и не смогли, а вскоре дело закрыли. На кафе установили максимально допустимые защитные чары, сама Петуния изредка выбиралась в Хогсмид и часами отрабатывала защитные и атакующие чары вместе с Северусом на опушке запретного леса. Ещё каждую неделю сова из Хогвартса приносила Петунии бутылочку с противозачаточным. Детей они с Флорианом хотели, но не сейчас. Слишком опасно.

Сам Северус, по совету всё той же Петунии, заметившей нечто интересное в Аврорате, погрузился помимо обычных занятий в изучении магического законодательства и родословных и чем дальше, тем больше понимал всю бессмысленность войны в её нынешнем виде. До тех пор, пока нападения Пожирателей не затронут интересы высших аристократов, в том числе заседающих в Визенгамоте, те и пальцем не пошевелят, чтобы осудить задержанных Пожирателей. Напротив, перероют все бумаги, рассмотрят даже самые замшелые прецеденты, но оправдание найдут. Ведь в Азкабан нужно отдать родича, а пострадал никому не нужный маглорождённый или полукровка. Даже авторитет Дамблдора, победителя Гриндевальда, не решал абсолютно ничего. У противников директора Хогвартса имелся непрошибаемый аргумент: "Гриндевальд же был иностранец". Старики, способные смотреть в будущее и унять молодёжь хотя бы во имя сохранения численности волшебников, очень кстати умерли в течение последних нескольких лет.  

Перед глазами постоянно мелькали альманахи и полустёртые газетные вырезки, на занятиях приходилось выкладываться целиком, Лили полностью ушла в подработку в перинатальном центре и учёбу. Мария сдержала слово и познакомила Лили с матерью, а та нашла лазейку, чтобы предоставить талантливой девушке возможность работать и учиться. Хогвартс уже казался тюрьмой, больше всего хотелось вырваться отсюда, начать самостоятельную жизнь, но был и страх. Северус панически боялся, что он и его семья тоже станут пешками в этой жестокой и бессмысленной игре.